Заупрямилась Кенджеке,
Зарумянилась Кенджеке,
А потом, побелев, как снег,
Оглядела сердито всех,
И заплакала в злой тоске
Непокорная Кенджеке.
Так печально кричала она,
Тяжело так стонала она,
Что с лица Сарыбай спал,
Задрожал старик, зарыдал,
Голову покорно склонив,
Умолять Кенджеке он стал:
"Золотой жеребенок мой,
Молодой соловьенок мой,
Ты не плачь, Кенджеке, не плачь,
Береженый ребенок мой!
Твои слезы—родным укор,
Твои слезы — родным позор,
Стань веселою, Кенджеке,
Как была ты до этих пор.
Ты не плачь, отца не томи,
Все, что хочешь, с собой возьми.
Если мало тебе скота,—
Ты меня самого возьми!
Самый лучший, отборный скот
В новый край за тобой пойдет,
Треть богатства тебе отдам,
Только мне не чини забот.
Не срами нас перед людьми,
Нас напрасно не обижай—
Тоштюка в женихи возьми,
Вместе с сестрами поезжай!
Чтоб посмешищем нам не стать,
Обещанья назад не взять, —
Поезжай, моя Кенджеке,
Пожалей и отца и мать!
Ты разбросанное собирай,
Ты разорванное скрепляй.
Чтобы радовался тебе
Наш родимый киргизский край".